Мышление, язык и человеческая судьба

Предполагаемое нами исследование основывается на нескольких базовых представлениях, которые и хотелось бы здесь осветить.

Во-первых, под судьбой мы понимаем ход жизненных событий в человеческой жизни. Вообще-то, понятие «судьба» получает в словаре следующие определения: «1. Стечение обстоятельств, не зависящих от воли человека, ход жизненных событий. С. столкнула нас с тобой. Удары судьбы. Какими судьбáми? (восклицание при неожиданной встрече в знач. как очутился здесь?). 2. Доля, участь. Ничего не знаю о судьбе брата. 3. История существования кого-чего-н. (книжн.). У этой рукописи интересная с. 4. Будущее, то, что случится, произойдет (книжн.). Заботиться о судьбах государства. С. подростка решена: он будет учиться» (см.: С.И.Ожегов 1984: 676). Наше понимание судьбы почти полностью совпадает с тем толкованием, которое дается в процитированном словаре. Единственное определение, которое мы исключаем в нашем понимании судьбы, – это «независимость от воли человека». Только при таком подходе к феномену судьбы, на наш взгляд, исследователь может сохранить объективный и позитивный характер рассуждений. Слишком многое в человеческой жизни зависит от личной воли человека (примеров можно привести не один десяток), чтобы мы могли безнаказанно игнорировать данное обстоятельство.

Во-вторых, в своем осмыслении взаимосвязи мышления человека, его языка и судьбы мы опираемся на универсальную схему научного исследования, разработанную российским философом А.А.Гагаевым (см.: А.А.Гагаев 1991). Имея опыт использования субстратного подхода к конкретным языковым средствам (см.: А.В.Пузырев 1995), мы посчитали возможным перенести свой опыт в область, где языковые и внеязыковые реалии сосуществуют одновременно и постоянно.

В рамках используемой универсальной схемы научного исследования (которая выступает в виде варианта известного метода восхождения от абстрактного к конкретному) нам важно обозначить исходную «первоклеточку». В качестве такой исходной абстракции мы принимаем определяющую роль мышления в формировании человеческой судьбы. 

В каком-то смысле наша позиция перекликается с позицией авторов знаменитого сборника «Вехи». Как писал автор предисловия к этому сборнику о своих коллегах, «их общей платформой является признание теоретического и практического первенства духовной жизни над внешними формами общежития, в том смысле, что внутренняя жизнь личности есть единственная творческая сила человеческого бытия и что она, а не самодовлеющие начала политического порядка, является единственно прочным базисом для всякого общественного строительства. С этой точки зрения идеология русской интеллигенции, всецело покоящаяся на противоположном принципе – на признании безусловного примата общественных форм, – представляется участникам книги внутренне ошибочной, т.е. противоречащей естеству человеческого духа, и практически бесплодной, т.е. не способной привести к той цели, которую ставила себе сама интеллигенция, – к освобождению народа...

Наши предостережения не новы: то же самое неустанно твердили от чаадаева до Соловьева и Толстого все наши глубочайшие мыслители. Их не слушали, интеллигенция шла мимо них. Может быть, теперь, разбуженная великим потрясением, она услышит более слабые голоса» (М.Гершензон 1991: 4).

Поскольку само мышление принципиально не наблюдаемо, постольку чрезвычайно важными оказываются наблюдения над языком человека, ибо мышление человека прежде всего и выражается в языке данного человека (точнее – в его речевой деятельности). Определяющая роль мышления человека (выраженного в языке этого человека) в исследуемой триаде «мышление человека – его язык – человеческая судьба» и является исходной «первоклеточкой» предполагаемого нами исследования.

Определяющая роль мышления человека – не единственная исходная абстракция. Принципиально важными нам представляются и такие абстракции, как осознавание человеком смысла происходящих с ним событий, а также противопоставление актуализации и манипуляций в человеческом мышлении. Не менее важным оказывается противопоставление гармонии и распада как двух противоположных по направленности векторов судьбы.

Таким образом, в качестве «первоначала» настоящего исследования, или основы восхождения от абстрактного к конкретному, или предмета, развивающегося на собственной основе, нами принят синтез следующих отправных абстракций: понятие о мышлении человека как определяющем факторе человеческой судьбы, понятие об актуализации и манипуляциях как основном диалектическом противоречии на уровне мышления, представление о гармонии и распаде как о двух противоположных по направленности векторах судьбы.

Что понимается нами под актуализацией и манипуляцией?

Очень хорошо, на наш взгляд, о субъекте манипулирования написал А.Б.Добрович: «В целом характеристика этого субъекта («манипулятора») такова: для него партнер – соперник в игре, которую непременно надо выиграть. Выигрыш означает выгоду: если не материальную или житейскую, то, по крайней мере, психологическую. Психологическая же выгода, с точки зрения манипулятора, заключается в том, чтобы надежно пристроиться к партнеру «сверху» и иметь возможность безнаказанно наносить ему «уколы». Общение, изначально ориентированное на такого рода выигрыш, будем называть «манипуляцией» (А.Б.Добрович 1987: 95-96). Созвучным приведенному будет и наше рабочее определение манипуляции: манипуляция – это проделка, ставящая своей целью достижение данным субъектом того или иного блага, той или иной житейской выгоды за счет какого-то Другого. Этот Другой может принимать самые различные формы: роль Другого может исполнять одна из субличностей человека (и тогда можно говорить о внутреннем конфликте личности). Для нас же важно, что в качестве Другого вовсе не обязательно выступает исключительно другой человек (в этом качестве может выступить и какая-то другая ипостась одного и того же человека).

Как очень точно указывает Е.Л.Доценко в своей книге «Психология манипуляции», внутриличностная предпосылка манипуляции – не столько внутренняя множественность, сколько нецелостность. «Отсутствие собственного центра – самости – или его игнорирование, с одной стороны, вынуждает человека подчиняться своим частностям (продолжая терять свою целостность), а с другой, делает его уязвимым перед интервенцией с целью завладения одной из его частей. Как следствие, жертва сама провоцирует агрессора подобно тому, как брошенные без присмотра вещи становятся слишком привлекательны для вора» (Е.Л.Доценко 1997: 97).

Наиболее подходящее для нас определение «актуализатора» (субъекта актуализации) дал Эверетт Шостром в своей книге «Анти-Карнеги, или Человек-манипулятор»: «Стиль жизни манипулятора базируется на четырех китах: ложь, неосознанность, контроль и цинизм.

Киты, на которых «стоит» актуализатор, – это честность, осознанность, свобода и доверие.

Переходный период от манипуляции к актуализации представляет собой движение от апатии и нарочитости к жизненаполненности и спонтанности» (Э.Шостром 1992: 34).

Приведем таблицу, предложенную там же Э.Шостромом, которая позволяет сопоставить характеристики крайней выраженности интересующих нас качеств:

манипуляторы

актуализаторы

1. Ложь (фальшивость, мошенничество). Используют приемы, методы, маневры. «Ломают комедию», разыгрывают роли, всеми силами стремятся произвести впечатление. Чувств не испытывают, а старательно подбирают и выражают их в зависимости от обстоятельств.

1. Честность (прозрачность, искренность, аутентичность). Способны быть честными в любых чувствах, какими бы они ни были. Их характеризуют чистосердечность, выразительность.

2. Неосознанность (апатия, скука). Не осознают действительного значения жизни. У них «туннельное видение», то есть видят и слышат лишь то, что хотят видеть и слышать.

2. Осознанность (отклик, жизненаполненность, интерес). Хорошо видят и слышат себя и других. Способны сами сформировать свое мнение о произведениях искусства, о музыке и всей жизни.

3. Контроль (закрытость, намеренность). Для них жизнь – это шахматная игра. Стараются контролировать ситуацию; их тоже кто-то контролирует. Внешне сохраняют спокойствие для того, чтобы скрыть свои планы от своего оппонента.

3. Свобода (спонтанность, открытость). Обладают свободой выражать свои потенциалы. Они – хозяева своей жизни; субъекты.

4. Цинизм (безверие). Не доверяют никому – ни себе, ни другим. В глубине своей натуры не доверяют человеческой природе вообще. Делят людей на две большие категории: те, кого контролируют, и те, кто контролирует.

4. Доверие (вера, убеждение). Глубоко верят в других и в себя, все время стремятся установить связь с жизнью и справиться с трудностями здесь и теперь.

 

Для нас несомненно, что все самые разнообразные векторы развития человека можно разгруппировать в две наиболее общие группы – векторы гармоничного или дисгармоничного развития (детализировать данное представление не представляется возможным по причинам ограниченности рамок повествования).

Использование метода восхождения от абстрактного к конкретному позволяет наметить следующие двадцать групп проблем:

1. Сумма факторов судьбы личности. Психофизиологические аспекты связи мышления, языка человека и его судьбы: функциональная асимметрия мозга, доминанта. Социально-этнические и психологические аспекты связи мышления, языка человека и его судьбы: соотношение мужского и женского начал (относительность диморфизма) в мышлении и языке, андрогиния как фактор судьбы. Архетипы сознания, концепты и формирование судьбы. Актуализационное и манипулятивное начала в мышлении и языке человека как факторы его судьбы. Эзотерические аспекты связи мышления, языка человека и его судьбы.

2. Бытие личности, ее мышления, языка и судьбы как сложение многообразных причин формирования личностности.

3. Функционирование ФАМ, архетипов сознания, религии, манипуляций. Осознание смысла жизни как фактор состояния психики, фактор судьбы. Психологические функции решения проблем смысла жизни и смерти. «Горе от ума»?

4. Сознательное и бессознательное психическое в мышлении и языке человека как процесс формирования судьбы. Целостность человека и ее расщепление как процесс. Закон резонанса и процесс осознавания смысла жизни (динамический, деятельностный аспекты). Процессуальные аспекты осознавания собственных манипуляций и собственных психологических ролей как проявлений информационной «невооруженности».

5. Определение базовых понятий: сознание, мышление, жизнь и смерть, судьба, бытие – сущность – явление – действительность, идеальное и материальное, целостность и расщепленность сознания и т.п.

6. Онто- и филогенез души, ее проявления в мышлении и языке человека. Психологические установки личности в плане их онто- и филогенеза. Кодировки на смерть как фактор становления и формирования личности, их связь с мышлением и языком человека. Психологические причины манипуляций (в том числе на уровне мышления и языка).

7. Соотношение исходных понятий: душа, дух, духовность, личность, человек, личностность, личность и субличности, целостность и актуализатор как ее носитель, субличности и личностные психологические роли, манипуляции и их многообразие, манипулятор и актуализатор, типы и виды манипуляторов и т.п. Единицы мышления, языка, речи, коммуникации и судьба. Антиномия жизни и смерти. Психологические аспекты соотношения Человек “внешний” и “внутренний”. Понятие о шести уровнях манипуляций. Принципы трансформации судьбы.

8. Агрессия и депрессия как процесс выявления информационной “невооруженности” на уровнях мышления и языка. Болезнь как процесс осознания связи с проявлением законов гармонии. Манипуляции со здоровьем, страх боли, болезней, неприятностей и борьба с ними или уход от них как симптом саморазрушения. Психологические основы выздоровления. Осознание личной ответственности, просьба и получение помощи, поднятие энергетики как важнейшие принципы позитивной трансформации судьбы. Проблема энергетической эквивалентности. Проблема материальных аспектов энергетического эквивалента выздоровлению.

9. Функции уникальной неповторимости мышления и языка конкретной человеческой личности. Функциональные аспекты нарушения законов гармонии (смысл и цель осознавания болезней и жизненных трудностей). Функции неприятностей и болезней = функции подпрограмм самоуничтожения. Психологические выгоды заболеваний. Культура и природа = вопрос меры и пропорции, а не “либо-либо” (Юнг). Функциональная несостоятельность манипуляций на личностном и принципиальном уровнях.

 

Мышление, язык и человеческая судьба (Табл. 1)

 

 

Всеобщее

(генетический аспект)

Общее

(логический аспект)

 

 

Всеобщее

(логич.)

Бытие

(онтологич.)

 

 

1. Сумма факторов судьбы личности. Психофизиологические аспекты связи мышления, языка человека и его судьбы: ФАМ, доминанта. Социально-этнические и психологические аспекты связи мышления, языка человека и его судьбы: архетипы сознания, культурные концепты, выраженность андрогинии, соотношение актуализационного и манипулятивного начал. Генетический аспект актуализаций и манипуляций, целостности человека и ее расщепления. Историко-философские и эзотерические аспекты связи мышления, языка человека и его судьбы.

5. Определение базовых понятий: сознание, мышление, личностность, судьба, бытие – сущность – явление – действительность, оппозиции рассудка и чувств, сознательного и подсознательного, идеального и материального, духа и души, души и тела, личности и человека, миров частиц и волн, духовности и заземленности, мужского и женского, «Родительского» и «Детского»; противоречие гармонии и распада, актуализаций и манипуляций, жизни и смерти, оптимизма и пессимизма, целостности и расщепленности сознания как основное противоречие судьбы.

 

 

Общее

(логич.)

Сущность

(онтологич.)

6. Онто- и филогенез души, ее проявления в мышлении и языке человека. Проблема реинкарнации. Психологические установки личности в плане их онто- и филогенеза. Возможная продолжительность жизни и кодировки на смерть как фактор становления и формирования личности, их связь с мышлением и языком человека. Психологические причины манипуляций (в том числе на уровне мышления и языка). Нациокультурные концепты как предпосылки гармонизации и разрушения судьбы. Некритическое отношение к словам как предпосылка саморазрушения.

7. Уточнение исходных понятий: личность и субличности, целостность и актуализатор как ее носитель, субличности и личностные психологические роли, манипуляции и их многообразие, манипулятор и актуализатор, типы и виды манипуляторов и т.п. Психологические аспекты соотношения Человек “внешний” и “внутренний”. Понятие о семи уровнях манипуляций. Единицы мышления, языка, речи, коммуникации и судьба. Принципиальная трудность их трансформации.

 

Особенное

(логич.)

Явление

(онтологич.)

14. Онто- и филогенез тела и способа его соединения с душой как основание для развертывания судьбы. Реальная продолжительность жизни как проявление диалектики законов гармонии и распада.

11. Установление параметров гармонии, распада и “нормы” в соотношении мышления, языка и судьбы. Мышление, язык человека и критерии улучшения его судьбы. Предпочтительность ориентации исследования на биографии выдающихся людей.

 

Единичное

(логич.)

Действительность

(онтологич.)

19. “Другой” как отражение собственного “Я”. Социо- и нациокультурные аспекты восприятия “чужого”, “Другого”. Социо- и нациокультурные аспекты манипуляций над языком и мышлением («лингвистические преступления»).

16. Тождество “лжи” и “правды” в коммуникации. Перспективы общества в плане решения проблемы гармонизации мышления, языка и судьбы.

 

Конкретно-абстрактное

(закон развития)

Особенное

(функциональный

аспект)

Единичное

(личностный

аспект)

4. Целостность человека и ее расщепление как процесс.Гармония и распад, жизнь и смерть, оптимизм и пессимизм, целостность и расщепленность сознания, актуализации и манипуляции как основные движущие противоречия развития. Закон резонанса и процесс осознавания смысла жизни (динамический аспект). Процессуальные аспекты осознавания движущих противоречий собственной судьбы (оппозиций гармонии и распада, оптимизма и пессимизма, актуализаций и манипуляций, жизни и смерти, целостности и расщепленности сознания). Мыслительные векторы саморазрушения и самоорганизации. Мыслительная деятельность или активность?

3. Функциональные аспекты ФАМ, доминанты, выраженности андрогинии, архетипов сознания, культурных концептов, религии, актуализаций и манипуляций. Осознание смысла жизни, осознанность собственной жизни как фактор состояния психики, фактор судьбы. Психологические функции решения проблем смысла жизни и смерти. Может ли быть «горе от ума»?

2. Бытие личности, ее мышления, языка и судьбы как сложение многообразных причин формирования личностности.

8. Агрессия и депрессия как процесс выявления информационной “невооруженности” на уровнях мышления и языка. Болезни и неприятности как процесс проявления нарушения связи с законами гармонии. Динамика субличностей как варианты саморазвития. Оптимистический и пессимистический способы кодировок мысли. Манипуляции со здоровьем, страх боли, болезней, неприятностей и борьба с ними или уход от них как симптомы саморазрушения. Психологические основы трансформации судьбы (понимание ситуации как неудовлетворительной, осознание личной ответственности, просьба и получение помощи, поднятие энергетики). Обязательность энергетической эквивалентности. Проблема её материальных аспектов. Языковые сигналы саморазрушения и самоорганизации. Языковая деятельность или активность?

9. Функциональные аспекты нарушения законов гармонии (смысл и цель осознавания болезней и жизненных трудностей). Психологические выгоды программ саморазрушения: заболеваний, неприятностей и отрицательного самопрограммирования. Культура и природа = вопрос меры и пропорции, а не “либо-либо” (Юнг). Функциональная несостоятельность манипуляций на личностном и принципиальном уровнях. Некритическое отношение к словам как проявление саморазрушения.

10. Связь мышления, языка и конкретной человеческой судьбы (постановка гипотезы). Личностность как уникально-неповторимое проявление особенностей мышления, психологических установок, языка и человеческой судьбы.

12. Развитие тела как проявление преобладания закона распада над законом гармонии (доля самоубийц среди погибших “не своей смертью”). Речевые метки саморазрушения («не смогу», «не получится»). Болезнь и выздоровление как процесс, протекающий во времени. Процессуальные аспекты использования конкретных психотехник, помогающих осознаванию и выздоровлению. Речевые метки саморазрушения и самоорганизации. Речевая деятельность или активность?

13. Примеры выздоровления после изменения единиц мышления и языка, внутренней психологической ситуации. Конкретные психотехники и контрсуггестивные тексты как средство стабилизации личности. Функциональная несостоятельность манипуляций на физическом уровне.

15. Реальная судьба личности как факт уникальной не-повторимости факторов ее формирования и развития, как результат манипуляций и актуализаций в области мышления и языка.

18. Общение людей как процесс манипуляций и актуализаций на уровнях мышления, языка и речи. Языковые метки манипуляций: “надо”, “нельзя”,“не твое дело”,“это ваши проблемы”, глагольные формы 3-го лица и оппозиция “Я – Они” как метки саморазрушения на уровне коммуникации и т.п. Коммуникативная деятельность или активность?

17. Стратегическая несостоятельность манипуляций с мышлением и языком на межличностном уровне: соотношение выгоды и потерь. Изменение характера восприятия «Другого» как трансформация личной судьбы.

20. Мышление, язык и судьба личности в плане уникальной неповторимости ее восприятия другой личностью. М.Горький

 

10. Связь мышления, языка и конкретной человеческой судьбы (постановка гипотезы). Личностность как уникально-неповторимое проявление особенностей мышления, психологических установок, языка и человеческой судьбы.

11. Установление параметров гармонии, распада и “нормы” в соотношении мышления, языка и судьбы. Мышление, язык человека и критерии улучшения его судьбы. Предпочтительность ориентации на биографии мастеров литературы и искусства.

12. Развитие тела как процесс выявления закона развития воплощенной души. Доминирование самоубийц среди погибших «не своей смертью». Болезнь и выздоровление как процесс, протекающий во времени.

13. Примеры выздоровления после изменения внутренней психологической ситуации. Функциональная несостоятельность манипуляций на физическом уровне

14. Онто- и филогенез тела и способа его соединения с душой как основание для развертывания судьбы.

15. Реальная судьба личности как факт уникальной неповторимости факторов ее формирования и развития, как результат манипуляций и актуализаций в области мышления и языка.

16. Тождество «лжи» и «правды» в коммуникации. Перспективы общества в плане решения проблемы гармонизации мышления, языка и судьбы.

17. Стратегическая несостоятельность манипуляций на межличностном уровне: соотношение выгоды и потерь.

18. Общение людей как процесс манипуляций и актуализаций на уровнях мышления, языка и речи. Языковые метки манипуляций: «надо», «нельзя», «не твое дело», «это ваши проблемы» и т.п.

19. «Другой» как отражение собственного «Я». Социо- и нациокультурные аспекты восприятия «чужого», «Другого». Социо- и нациокультурные аспекты манипуляций над языком и мышлением.

20. Мышление, язык и судьба личности в плане уникальной неповторимости ее восприятия другой личностью.

 

Все перечисленные группы проблем можно суммировать в итоговой таблице «Мышление, язык и человеческая судьба» (см. приложение к статье).

Конечно, сама постановка названной проблемы не может претендовать на окончательность и изначально рассчитывает на продолжение исследований в этой области. Для нас принципиально важно обозначить пограничный характер исследований в данной области (философия, психология, лингвистика и т.д.), невозможных без интеграции различных научных подходов. Столь же важно отметить, что при системном подходе к вынесенной в заголовок статьи проблеме возникает возможность непредвзятого взгляда на конкретную жизнь, возможность позитивных трансформаций, а человек может получить достаточно адекватную картину происходящих с ним событий.

 

Цитируемая литература

 

Гагаев А.А. Теория и методология субстратного подхода в материалистической диалектике. – Саранск: Изд-во Морд. ГУ, 1991. – 308 с.

Гершензон М. Предисловие к 1-му изданию «Вех» // Вехи: Сборник статей о русской интеллигенции. С приложением «Библиографии Вех». Свердловск: Изд-во Урал. ун-та, 1991. С. 3-4.

Добрович А.Б. Воспитателю о психологии и психогигиене общения: Книга для учителя и родителей. – М.: Просвещение, 1987. – 207 с.

Доценко Е.Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита. – М.: ЧеРо, 1997. – 344 с.

Ожегов С.И. Словарь русского языка: Ок. 57000 слов / Под ред. проф. Н.Ю.Шведовой. – 16-е изд., испр. – М.: Русский язык, 1984. – 797 с.

Пузырев А.В. Анаграммы как явление языка: Опыт системного осмысления. – М.; Пенза: Ин-т языкознания РАН; ПГПУ им. В.Г.Белинского, 1995. – 378 с.

Шостром Э. Анти-Карнеги, или Человек-манипулятор / Перевод с англ. А.Малышевой. – Мн., ТПЦ «Полифакт», 1992. – 128 с.

Контакты

Твиттер

Живи успешно (6 days ago)
НОВОЕ САЙТЕ: Прочтите ваши сопли https://t.co/bnclSlNRUb
Живи успешно (2 weeks ago)
НОВОЕ НА САЙТЕ: Хочешь быть здоровым – будь! https://t.co/fbxXsLuU91
Живи успешно (3 weeks ago)
НОВОЕ НА САЙТЕ: Как не болеть вообще https://t.co/IrUUZqCHKp
Живи успешно (4 weeks ago)
НОВОЕ НА САЙТЕ: Как стать хозяином своей жизни https://t.co/ce3vmQndGj
Живи успешно (5 weeks ago)
НОВОЕ НА САЙТЕ: Ах, оставьте меня!.. https://t.co/H7lOfNR2B0